- Слушай, а ты знаешь, откуда взялась вселенная?
- Да. Ее нашуршали шуршафчики.
- Серьезно?
- Шшутка...
Я щелкнул мышкой.
- А вот смотри, чего умные люди пишут...
- Шшурр?
- Вот. Тут. Видишь? "Происхождение Вселенной, формула циклического разогрева и охлаждения материи - против теории Большого взрыва".
- Фффигня.
- Почему? Ты же не читал.
- Ну... Даже если там ффсе верно... В общем, эта теория проиграет.
- Да почему?!
- Ну... БОЛЬШОЙ ВЗРЫВ! - Шуршафчик взмахнул лапами, - и-и... - потряс кончиком хвоста, - какой-то там циклический разогрев... Ежу понятно, что взрыв гораздо круче.
- Ну а если я хочу знать правду?
- Взорви что-нибудь большое, и погляди, получится ли Вселенная.

Шуршафчик с Кофенком сидели перед телевизором. Надо понимать, получали образование. Исследовали чудесный новый мир. Шуршафчик - скептически, кофёнок - широко распахнув глаза. В руках у наиболее ушастого, то есть, Шуршафчика, была газета, с которой он время от времени сверялся. Я взял лист у него из лап.
- Так... где тут программка?..
Но посмотреть программку мне было не суждено. Взгляд сразу упал на колонку...
 
Курьезы истории:

«Отдельного упоминания заслуживает свалка, разыгравшаяся в средствах массовой информации русского городка Сан-Питербурх незадолго до пришествия Второго Ледника…»
Далее следовало довольно точное описание бучи, происходящей на данный момент.
Завершалась статья следующим абзацем:
«Когда стало ясно, что городу не устоять, оппозиция раскололась на две части. Одни говорили, что башню строить надо - когда город накроет ледник, она будет самой высокой точкой местности , и по шпилю можно будет установить, где находился город. Что до другой части – она продолжала ратовать за отмену постройки, мотивируя тем, что Великий Ледник – воплощение гнева богов, и, если «вторую вавилонскую» не строить, он рассосется сам собой.
Но мы-то с вами знаем, как все вышло на самом деле».

- Эй! Это что?
- Фто-фто... так, шутка.
Шуршафчик ухмыльнулся и постучал ушами по газете.
- Пфф... - я выдохнул. - Точно шутка?
- А ты пофмотри на нее еффё раз.
Я посмотрел. В пальцах, сжатых до белизны, была самая обычная газета. Кажется, за сегодняшнее число.
- Эй, кофенок! А Шуршафчик не врет?
Кофенок помотал головой:
- Не-е...
И снова уткнулся в телевизор. Кажется, эта парочка смотрела "Южный Парк".

- Эй, у тебя все в порядке?
- Ффсе.
Шуршафчик был хмур. Натурально, хмур как утро. Уши опустились, нос беспрерывно морщился, коготки весь день выбивали по линолеуму медленную чечетку. Чем-то мировым он был озабочен. Будто с утра узнал, что пакеты теперь делают из резины, а родной чайник сдают в утиль.
- Ладно, спрошу это по-другому. У тебя все хорошо?
Последовало недолгое молчание.
- Фшш... А ффф чем разница между этим вопросом и предыдуффим?
- Как - в чем? Еще я могу поинтересоваться, не случилось ли у тебя чего. Это такая лесенка.
- Ф-ф?
- Ну, мы, люди, редко о чем спрашиваем впрямую. Если интересуемся про "в порядке", на самом деле это значит - "Мне надо спрашивать, все ли у тебя хорошо?". Это как-бы... ну... Наличествует ли порядок в твоей жизни? И тогда можно честно ответить - "Да", что означает: "В моей жизни все паршиво, но это вполне закономерно, а следовательно - да, в полном порядке".
- Какая свежая мысль.
- Угу. Так что у тебя случилось?
- Ничего особенного. Дождит.
- И что?.. То есть, стоп. Дождя вроде нет?
- Глупый. Это не погода. Это такая болезнь. Ей болеют кошки, бездомные собаки и некоторые волшебные суффества. Шуршафчики в частности. Она пройдет...
- И все будет хорошо?..
Шуршафчик сфокусировал на мне взгляд и слегка наклонил мордочку.
- Конечно. На самом деле, в целом мире все будет хорошо. У всех. В конце-концов.
Я удивленно заморгал.
- Что, правда, что ли? Точно? А откуда ты...
В синих глазах Шуршафчика впервые за день появились обычные иронические искры.
- Ифвини, - сказал он. - Инсс-сайдерская информация.
И спрятался под веник.
Он вообще часто прячется туда от ответа.
А жалко.

Говорят, голод бывает физический и эмоциональный, - по причине возникновения.  Желание поспать, видимо, тоже. Оно было эмоциональным - я проспал почти двенадцать часов, и все равно ходил по кухне муха-мухой - подергивал крыльями и еле передвигал лапки. Шуршафчик вылизывался на холодильнике и чуточку двигал ушами, подбадривая кухонный кран.
Я выглянул за окно. Солнце уже взошло, но еще не встало. Ранние дети уныло ползли в школу. У подъезда ворочался экскаватор. Оставленные им песочные отвалы напоминали горы дерьма, выстраданные неким хтоническим чудовищем.
- Шуршафчик.
- Ф-ф-фыр?
- Почему все так печально?
- Потому фто надо меньфе спать.
- А какая связь?
- Он ревнует.
Я поднял усталые страдающие глаза. Шуршафчик меланхолично вылизывался.
- Ревнует... кто?
- Реальный мир.
Он вынул лапу изо рта, критически оглядел меня и принялся пояснять:
- Понимаеф, миры живые. Они едят, любят, размножаются... Ну и ревнуют, конечно.
- И к кому он меня ревнует?
- К другим мирам, канефна. Не к людям же. Ф данном случае - к миру сноф. И, между профим, имеет полное право.
- Так, а в чем еще выражается эта ревность?
- А ты не заметил? - Шуршафчик совсем по-лекторски развел ушами. - Вот, например, ложифся ты почитать книфку...
Он сделал паузу - я дисциплинированно кивнул.
- ...А тут - раз! Звонят. И зовут заниматьфя чем-нибудь крайне плотским, вроде рубки дров, или там с поезда кого-нибудь фстречать. Было? Или кино смотришь, и тут - бабах! Проливаеф на себя чашку... с чаем. Знакомо?
- Нда...
Я вздохнул и грустно покосился за окно. Ничего не менялось.
- А мне всегда так нравилось поспать... Вот дьявол.
- Нифего! Глупый ты. Ведь это огромный плюс.
- М-м?..
Шуршафчик сделал многозначительную мордочку. Указующе поднял хвост. Выпалил:
- Если мир тебя ревнует - значит, он тебя любит!
И с этим юркнул за холодильник.

- Дождь хорош уже тем, что меняет людей...
- Ф-ф. Угу. Они становятся мокрыми.
Мы сидели на подоконнике. За окном шумело. Шуршафчик свесил уши на улицу, - вероятно, помогал дождю. Я за него боялся, но вида не подавал. Хотя, казалось бы, чего трястись - он же летающий...
- Да нет. Я не о том. Понимаешь, люди как бы просыпаются. Прячутся, прыгают по лужам, раскрывают зонтики...
- Фффигня.
- ?
Шуршафчик покосился на меня, потом занял позу лектора и начал, шурша, бродить по подоконнику:
- Вся человеческая мода на самом деле зиждется на ( ... )

Большая часть пакетиков с кофе, простым и ароматизированным, закрыта у меня на зажимы для галстука. Все равно я их почти не ношу, а кофе может рассыпаться... Мокко, в качестве исключения, заперт на запонку, найденную за шкафом. До сих пор не понимаю, чья. Сахар хранится в стеклянной банке.
Хранился...
- Опять съел?!
Кофёнок, усаженный на стол, кокетливо ковырял ногтем скатерть.
- Ага... Съел.
- Ну сколько можно? - воскликнул я страдальчески. - Третья пачка сахарного песку пропадает! За неделю! Проглот.
- Желудок кофёнка не больше наперстка... - печально выдал зверек.
Я вытаращил глаза.
Кофёнок уселся более прочно и наставительно поднял хвост:
- Сахарный песок для того и нужен, чтоб пропадать. Кинул его в чашку, был, был - и нету.
- Ну и что?
- А... А ты представь, что я - больша-а-ая чашка кофе. А? Мы ведь похожи?
Он закрыл глаза, свернулся калачиком и изогнул хвост, вроде ручки. Получилась изящная пушистая чашечка.
Ну как его ругать?

- Значит, ты говоришь, что папа у тебя кофейник, а мама кофемолка?
Кофёнок послушно кивнул.
- А откуда кофейник взялфя?.. На нашей кухне его нет!
- Ну... Это был прохожий кофейник.
- Так... Ладно. А откуда у тебя душа-то?
Я наблюдал за допросом из широкого кресла и готов был, в случае чего, помочь детенышу. Уж больно Шуршавый на него наезжал. Не хватало мне только войны за кухню.
- Я не знаю...
Кофёнок мигнул и потер нос лапкой.
- Ну, сам посуди... Кофемолка неодушевленная, кофейник тоже. А ты вон сахар жрешь.
- А что, нельзя было? - потупился звереныш.
- Можно, - сказал я свое веское слово. - Только не весь, как в тот раз. А правда, почему ты одушевленный?
- М-м.. Я ду-умаю... - протянул кофёнок, - что из-за кофе. Кофе-то живой. Вот и я тоже.
- Разве живой?.. - удивился я.
- Живой-живой! - закивал кофенок. - Еще как! Никогда не слышал, как он разговаривает? И дышит! И даже... - он покосился на Шуршафчика, - даже шуршит. Вот.
Абориген кухни не рассердился. Напротив, эта гипотеза, кажется, оказалась ему по сердцу.
- Дейстфительно... Он сам шуршит. Это не я. То ефть, не мы, не шуршафчики.  А пофему у тебя голубые зрачки?
- Вот пристал к ребенку.
- Нет, пуфть ответит! Голубой цвет для зрачка - это ведь неудобно. С чисто биологической тофьки зрения!
- Чья бы корова о биологии рассуждала. Хотя да...
Кофёнок хлопал глазами и ждал , пока мы кончим пререкаться. Когда мы, наконец, снова посмотрели на него, он уже сидел на подоконнике и, не моргая, смотрел за окошко.
- Просто когда мы, кофята, создавались, считалось, что мы будем смотреть на небо. В основном. Поэтому и зрачки голубые. А глаза желтые, как солнушко...
Он вздохнул, почти как Шуршафчик, и добавил:
Правда, в жизни не очень-то получается.
- Откуда ты знаеф?..
- Просто... Уже заметил...

 

Теперь их стало два.

Поверить не могу.

- Фф! А я тебе говорил, не надо столько пить!

Я покосился на Шуршафичка. Он поймал взгляд и дополнил мысль:

- Не надо столько пить кофе! Фот, любуйся! Реффффзультат!

Результат сидел на конфорке и удивленно хлопал глазами. Они были огромные, королевские, почти как у Шуршафчика уши. Казалось, что существо состоит из одних только глаз. Хотя были, конечно, и лапы, и уши, и хвост, и все прочее, что полагается. Цветом оно было сродни каппучиновой пенке. 

- Ты – белка-летяга! – определил Шуршафчик, и, подпрыгнув, облетел зверька по кругу. – Так?

Существо, задрав голову, водило за ним блестящими желтыми глазами. Двигались в основном темно-синие зрачки. На слове «Так?» оно резко, но как-то неуверенно помотало головой, плотно зажмурив глаза.

- А кто? – допытывался Шуршафчик. – Откуда взялся? Ну?

-Я… - мявкнул зверек, – Я этот… Кофёнок.

Шуршафчик вздохнул и грациозно шмякнулся на пол.

 

( Суть )

- Вот ты вечно говоришь, что у нас, людей, все не так...
- Ффыр?
Шуршафчик отвлекся от окна,подлетел ко мне и завис над блюдцем.
- Ну ты же всегда критикуешь все человеческое.
- Нну?..
- А если бы к власти на Земле пришли Шуршафчики, что бы было?
- О-о!.. - он широко улыбнулся, перекувырнулся в воздухе и состроил надменную рожу. - Это было бы прекраффно! Я бы взял себе псевдоним Шуршафтиг Первый.
- И?
- Что "и"? Разфе не клево?..
- М-м... А люди?
- Дай подумать... Люди... Зачем они вообще? Ну, ладно. Во-первых, люди каждый день должны были бы кипятить чайник, пылесосить, читать газеты и есть сушки...
- Сушки-то  зачем?
- У них фффсегода упаковки шуршавые... Еще люди должны были бы шшто-нибудь шшшкурить, ффасссовать и ффаршировать... Делать фффинтиффлюшшки и рыть шшурфы...
- А строй слуаем не "фффашшизм" будет называться? - невинно поинтересовался я.
- Не-е. Он будет называться ... ! - на этом месте он издал странный звук, одновременно ртом, ушами и хвостом.
- А как же люди будт это произносить?
- А при чем тут люди... К власти же придут шуршафчики. Фильно тебя заботит, как корова будет произносить слово "капитализм"?
И вот тут мне стало немножко страшно...
- Слушай, Шуршавый... А ты это все серьезно?
Ушастое существо ухмыльнулось, резко спикировало на блюдечко и подцепило с него грецкий орех.
- Неа. Я поход на идиота?
- Э...
Шуршафчик фыркнул и закрутил орех на когте, как глобус.
- Зачем мне власть? Она нужна только тем, кто хочет утвердить себя за счет других. Кто несчастлив и страдает от этого. Кто не видит себе цели и придумывает ее. А у шуршафчиков цель есть. Мы шуршим! Предложение о том что мы "придем к власти" рафноценно фразе: "А если твоя раковина захватит кухню", или, скажем, "Звуковая карта подчинит себе компьютер". Так что к власти мы не стремимся и вам не софетуем.
Он полностью заглотил орех и добавил:
- Ффскушшшно.

- Что-то ты куда-то убрел.
- Ф-ф?
- Ну ладно, пропал.
- Ш-ш-ш-фффф...
- Нда. Ну а куда ты подевался?
- Шхххх... Тьфу!
Шуршафчик сплюнул ореховую шелуху и, громко хрумкая, стал разгрызать содержимое.
- Ты где прятался? - предпринял я новую попытку.
( Ничего неожиданного )

- Ну и гадость...
Я держал навесу сковородку с остатками яишницы. Чуть ли не прошлогодней. О том, что это яишница, можно было вспомнить, но уж никак не догадаться - бренныйе остатки блюда покрылись толстым слоем воздушной плесени, напоминающей вату.
- Пофему гадость?.. - удивился Шуршафчик.
- Ну... Она такая.. М-м-мерзкая.
Шуршафчик сделал большие глаза и  соскочил с плеча у Наташи, которая в этот момент смотрела в окно.
Подлетел ко мне.
- Ну и фто в ней мерфкого? - поинтересовался он, присмотревшись. - Ты смотри, какая она нежная. Какая у нее милая пастельаня окраска... Ты не носу доверяй, ты прифмотрифь...
Я задержал дыхание и приблизил сковородку к глазам. Вгляделся.
Действительно, плесень оказалась красивой. Пушистой, ажурной. Состоящей из миллионов тонких грибочков и спор - эдакий грибной лес, как в какой-то старой игре...
- Вот видиф... - Шуршафчик, похоже, уловил выражение моего лица. - Она офень красивая... Почему люди считают венцом природы именно себя? Фполне возможно, что венец природы - плефень... У нее такая структура... И ведь в чем-то, согласись, она гораздо красивее тебя, человека!.. Так ведь?
Я уже почти кивнул, сраженный его логическими построениями, но тут услышал голос Наташи:
- Что-о? Может, она и меня красивее?..
Шуршафчик заикнулся и быстренько ушуршал мне за спину. И уже оттуда ответил:
- Это фпорный вопроф...
- Чего-о-о?!..
Наташа схватила со стула декоративную подушку и метнула ее в Шуршафчика, тем самым продемонстрировав преимущества возникших у человека глаз, мозга, а главное - хватательных конечностей.
Попала, конечно, в меня. Что, впрочим, Шуршафчика не спасло, так как он, в целях безопасности, в этот момент скрывался у меня под футболкой.
Я вытащил его за шкирку.
- Ф-ф-ф! Эй! Уфы не трогай!..
- Это бесспорно, угу?..
- Кхм.. Шшшурр.. Ну ладно, ладно. Беффпорно.
Бывшая яичница булькнула в унитаз и скрылась в нем под шум смыва.
Эволюционировать.

- Ты слишком сильно концентрируешься. Тебе мефает это...
Шуршафчик сидел на сахарнице с видом странствующего философа и перебирал кофейные зерна.
- Тоже мне, нашелся великий мастер дзен.
Я сломал в пальцах палочку гвоздики и кинул ее в стоящую на огне джезву. Потом принлся тщательно отмерять заранее смолотый кофе.
- Ну, мафтер не мафтер, но кое что знаю...
- Например? 
- Фто - например? Я магический зверь или где? - Шуршафчик распушил хвост. -  Должен же я разбираться в магии.
- Вот и разбирайся в магии, - буркнул я. - А мне не мешай варить кофе.
Шуршафчик фыркнул. Потом фыркнул снова, уже громче. С шуршавым хохотом покатился по столу.
- Ты чего?..
- Ххи-и... Фф... А ты тогда фем занимаешься?
- К... Кофе варю.
Шуршафчик состроил скептично-издевательскую мордочку.
- То есть ты действительно веришь, что из толченых зернышек, ну или там, к примеру, вяленых листиков, действительно могут получиться такие шедевры, которые делают великие мастера чая и кофе?
Я не нашелся, что ему ответить.
- Канефна, нет! - тоном лектора изрек Шуршафчик. - Только человек, обладающий незаурядным, я подфёркиваю, незаурядным магическим даром, может приготовить настоящий чай. Ну, или кофе, хотя я его не люблю. Ты можешь. если, конечно, не будешь хлопать уфами.
- А что?
- Я, конечно, кофе не люблю, но плиту потом вылизывать тоже не большое удовольствие...
Кофе поднялся до самой последней точки.
- А-а-а! Дьявол!.. Лови его!
- Ну никакой самодифциплины... - покачал головой Шуршафчик. - А  все туда же, зелья варить... Я бы тоже убежал на его месте.
- Попробовать не дам. *
- Ну фсе, фсе, молчу. Великий маг. Ф-фыр!..))

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

*Почему-то Шуршафый, хоть и декларирует свою непереносимость к кофе, все равно  считает своим долгом всякий раз понюхать его, лизнуть, негодующе фыркнуть и указать на преимущества чая.

- Поешь.
- Не хочу.
- Поешь!
- Не буду.
- А я фказал, поешь!
- Ладно, я выпью чай с лимоном.
- Это не еда!
- Что значит не еда? А лимон!?
- Ф-ф...
*Топот лап и шорох*

О точках зрения на счастье

Автобус. Утро. Еду на работу.
- Не царапайся.
- А ты меня не души.
- А ты из-под куртки не вылазь.
- Ну и вылезу, подумаеф. Фсе решат, что ты котенка везешь...
- Фиолетового котенка-мутанта. С ушами от слона. Ага-ага.
- Нет, а чем фиолетовые котята хуже фсех остальных?!

Кто-то негромко кашлянул у меня над ухом. Мы с Шуршафчиком мгновенно заткнулись.
- Молодой человек, приобретаем билетики, предъявляем проездные...
- Сейчас приобрету...
Я протянул дядечке купюру и горстку монет, заранее собранных по всем карманам, включая задние. Дядечка отчего-то нахмурился, но жертву мою принял и исправно оторвал от валика билет.
Я подошел к окну и поднес бумажку к глазам, чтобы разобрать мелкие цифры.
- Счастливый!
Шуршафчик высунул морду у меня из-за пазухи и присмотрелся.
- Ф-ф... Там же вроде сумма цифр одинаковая флева и фправа?
- Ну да!
- Какой же он счастливый... Ты фто...
- Э-э... А какой он тогда?
Шуршафчик траурно заглянул мне в глаза и глубоко-драматическим тоном произнес:
- Он неффясный...
Я опешил.
- А какие же тогда счастливые-то билеты?..
- Фсе остальные.
- Почему?
- Их не съедят.

***

Билетик я сохранил в кошельке.
Пусть радуется.
Жизни.


)

Я вот макароны варил. У плиты стоял.  Делом занимался, короче. А Шуршафчик шебуршился рядом и валял дурака - долго разглядывал меня через дуршлаг,  потом плевался в мух гречневой крупой (успешно) и азартно катался на форточке.
Когда он перешел к пересчитыванию макарон в пачке, нервы мои не выдержали и я зарычал:
- А ну положь на место! Ты такое не ешь!..
- ...Это моя-а добы-ыча! - закончил Шуршафчик мою реплику с интонациями Шерхана. - А кто еще будет этим заниматься, ефли не я?
- Чем это "заниматься"? По-моему, ты валяешьдурака .
- Я?! - ушастый мгновенно скорчил моську оскорбленной добродетели. - Ну знаете... Ф-ф-ф-ф-ф!
Он повернулся ко мне хвостом и подергал его кончиком. Видимо, это должно было выражать крайнюю степень презрения. И - вернулся к прерванному процессу.
- А что, хочешь сказать, что пересчитывание макарон несет в себе глубокий смысл?
- Что б ты понимал.
Шуршафчик поднял над собой очередную макаронину, заглянул в нее, как в бутылку, через горлышко, и отложил в кучку "проверенных".
- Я ищу записки.
- ?..
- Чего ты так на меня смотришь? Записки.
- Какие еще записки?
- Ну... вдруг кто-то прячет их в макаронах? -  Шуршафчик, быстро перебирая лапками, пополз к чайнику. - По-моему это было бы очень удобно...
Комок, который я свернул из полотенца, бессильно разбился о стол, не причинив мелкому пройдохе никакого вреда. А в следующую секунду он уже юркнул в свое убежище, можно сказать, на историческую родину, и жизнерадостно там зашуршал.
Макароны почти сварились. Ну, хоть время скоротал.
- Эй там, в чайнике! А отстрел мух настолько же важен, как поиск записочек?
- О-о, куда важнее! - категорично донеслось из чайника. -  Мухи на лапкаф разнофят заразу! А я на них охочусь. Буквально спасаю тебе жизнь. Дай попробовать макароны, а?
- Записочкой не подавись.
- А их в этот раз и не было...

Про зайцев

- Ты что, еще не запасся листиками?
- А-а-а-апчхи! Нет...
Я помотал головой и, почувствовав приближение нового приступа, быстро поднес к лицу платочек.
- А-а-а-апчхи!
- В следующий раз тазик подставлю... Под нос... - буркнул Шуршафчик и вразвалочку пошел к чайнику. Он ловко, как кошка, запрыгнул на него и носом вдавил кнопочку. Со второй попытки чайник зашуршал.
- Мне лучше тазик с горячей водой - пожаловался я. - А ты мне чай поставил?
- Нет, я собрался окатить тебя кипятком... Фр-р-р! Так почему ты не запас листиков?
- А на что они мне?
- Ка-а-ак!? - глаза Шуршафчика вылезли на лоб, как в американских пародиях на японское аниме. - Как это зачем? Ты что, не знаеф?
- Чего не знаю?
- Ничего не знаешь! Ты болеешь потому что ты... заяц! 
Тут уже я вытаращил глаза.
- Я заяц?
- Ты заяц.
- Сам заяц!
- От зайфа слыфу. Не-е-еф! Ты. Ты едешь в Осень без билета.
- ?..
- Я думал, это фсе знают. Осенние листья - билеты. Кто не касался ни одного осеннего листочка - тот едет зайцем... А лучше вообще иметь их с собой. На фсякий случай. Вдруг контроль...
- И что мне теперь делать?
- Как что? Пошли на улицу.
- Э-э...
- Пафли-пафли!
- Дай куртку надеть!
- Да плюнь, побежали так!
Шуршафчик прицелился, прыгнул и метко приземлился мне на плечо. Я поправил шарф, намотанный вокруг шеи, схватил ключи и побежал к дверям. Ажиотаж ушасто-пушистого передался мне тоже.
Хлопнула дверь. Мы сбежали по лестнице с четвертого этажа и оказались среди светлой осени, под тремя большими кленами. Я наклонился к земле, но Шуршафчик меня опередил:
- Фтой. Я сам выберу!
Он зарылся в пестрый кленовый ковер и через двадцать секунд вынырнул с четырьмя листами, сияющими чистым осенним золотом.
- Фот! Фсе, пошли домой. Тут холодно.
- Пошли..)
Шуршафчик разбежался, снова запрыгнул мне на плечо и мы поднялись по лестнице.

***

- Эй, а зачем нам по два билета? - спросил я, разматывая шарф. Действительно, насморк почти прошел. Мгновенно.
- Почему по два? - удивился Шуршафчик. - По одному. С третьим листиком мы будем заваривать чай.
- А четвертый?..
- Наташе.
- Ой, да! Она ведь тоже, наверно, болеет... И не знает...
Шуршафчик насмешливо фыркнул, посморел на меня и налил кипятку в заварочный чайник.
Ш-ш-ш-ш...
- Ф-ф-ф... Ну фот почему об этом я должен думать?..)

Нет, вы видели?

))))


Это творчество alvena_rekk . Всем рекомендую - у нее живет Кшша. Это такая зверька, которая появляется из апельсинов в самых кшшистых местах. (При самых кшшиных условиях).




А это портрет моего Шуршафичка. Первая из (надеюсь) серии иллюстраций.
Вот когда их будет много, я, наверно, понесу тексты публиковать вместе с картинками.
(Тут случайно, ну абсолютно случайно, нет издателя, который давно сгорает от желания напечатать Шуршафчиков, но стесняется сказать? Не стесняйся, милый человек!)

Вот тут топик с обсуждением в журнале Алвены:

http://alvena-rekk.livejournal.com/84601.html

По-моему, похож, только уши маловаты.))
А вообще спасибо Алвене - она прекрасный художник))

ЗЫ: А мое отражение - вообще совпадает на 100%
Вот откуда?

- Эй, ты лапы мыл?
- Конечно! Шуршафчики - чистоплотные зверьки! Я их вылизал...
Шуршафчик бегал по обеденному столу, накрытому по случаю праздника, и пробовал.
Получалось у него весьма затейливо и аппетитно, но самому мне кусочничать до прихода гостей как-то не полагалось. Моветон.  Шуршафчик же умудрялся пробовать блюда так, что внешне отличить "целое" от "надкушенного" было невозможно. Гуддини...
Наконец, обежав весь стол, зверек прошмыгнул между двумя бокалами, уселся передо мной на скатерти и вынес вердикт:
- Гадость. Фф.
- Ну и не ешь, никто не заставляет... А почему гадость?
Порадовавшись официальному предлогу, я подцепил с тарелки кусочек красной рыбы и запихнул его в рот.
- Рыба как рыба. Наоборот хорошая, дорогая...
- Вот-вот. Дорогая... Пахнет плохо.
- ?
- Я люблю, когда рыба пахнет рыбой. А эта рыба пахнет большими деньгами.
- В дверь звонят...

- Мне сегодня сказали, что я красивый, и что моя пушистость похожа на львиную гриву.
- Подумаешь... - Шуршафчик фыркнул. - Я на льва похож гораздо больше.
- Нифига. У тебя душа совсем не львиная.
- А у тебя хвоста нет.
- Ладно, я не об этом!
Шуршафчик глянул вопросительно, громко чихнул и сплюнул чаинку.
- Так вот, - продолжил я. - С одной стороны вроде и приятно... А с другой - знаю же, что польстили. Наверно.
- Конефно. А ты не знал?
- Чего?..
- Все любят лесть. Но никто не любит, когда ему льстят.

- Ну фто, воюют?
Шуршафчик сидел на телевизоре и покачивал хвостом перед экраном. Я пялился в компьютерный монитор.
- Воюют... Уже который мирный договор подписали, а все равно. И как им не надоест... А ты что обо всем этом думаешь?
- Я не думаю. Сами шуршафчики не воюют, а людские войны не так уж и интересны. За тысячи лет приелось.
- А нам вот не приедается.
- Потому фто идиоты.
- Не все же! - обиделся я за человечество. - И даже не большинство. Просто эволюция - выживает сильнейший.
- Нда-а... Фф... Ну вот фмотри. Есть у меня планета "Кухня". И на ней обитает великая цивилизация чаинок.
Забавно...
- Допустим.
- У фсех чаинок есть великая цель: быть заваренными и после смерти стать чаем. Счатется, что именно так происходит с чаинками, прожившими жизнь правильно. Предназначение.
- Я что-то пока не въехал в смысл аналогии.
- Фффф! Погоди. Так вот, у них Великая Цель, и этой Цели подчинены все их поступки: им очень хочется, чтобы повар их заметил и заварил. Твоя собственная цивилизация, кстати, в большинстве свом любит объединять этого самого повара, сборщика чая, а заодно и плотника, который построил дом, в одну личность.
Я пожал плечами.
- Любит-любит... И вот, ради этой великой цели чаинки начинают вести захватнические войны: к примеру, им кажется, что вон там большая блестящая корробка из фольги повару гораздо заметнее, чем их скромный деревянный коробок с надписью "Elite tea".
Или что народу зеленого чая в их пакете слишком мало места, и неплохо бы оккупировать соседние пакеты...
- Угу... А еще чайные пакетики будут дружно презирать весь остальной чай. Бгг.
- Ты понял. Так вот, гордая нация Ройбуша, допустим, захватила таки "Эрл-грей" в понтовой стеклянной банке. Не догадываясь о том, что, как ни печально, через некоторое время и те и те окажутся в мусорном ведре. Потому что повару нафиг не нужна такая смесь.
Я подавленно перелистывал новости о войне.
- А Кухня?
Шуршафчик вздохнул.
- А Кухне вообще пофигу. пока что. Не для чая она существует. Говорю тебе, как пофётная чайная ложечка.